При этом каждый новый посланец России, в зависимости от толщины своего кошелька и личных вкусов, менял дислокацию дипломатической миссии. Именно поэтому все многочисленные попытки исследователей выяснить, где же в испанской столице обитали российские дипломаты хотя бы в начале прошлого века, закончились безрезультатно. [9]Лишь в последней четверти XX века, после смерти Франко и восстановления, прерванных почти на 40 лет дипотношений, вопрос о возведении постоянного здания для посольства СССР начал решаться[10].
На деятельности Юрия Яковлевича Соловьева (1871-1934) следует остановиться подробнее. Его имя хорошо известно исследователям отечественной внешней политики. Соловьеву выпала судьба стать последним руководителем дипломатического представительства России в Мадриде до Октябрьской революции 1917 года, первым и некоторое время единственным высокопоставленным дипломатом «старого режима», признавшим власть Советов. Его мемуары, озаглавленные «Воспоминания дипломата», до сих пор остаются ценнейшим источником по истории МИД России первых десятилетий ХХ века.
Ю.Я. Соловьев родился в семье известного государственного деятеля эпохи либеральных реформ Александра II, тайного советника и сенатора Якова Александровича Соловьева, сыгравшего заметную роль в подготовке освобождения крестьян от крепостного права. После окончания Императорского Александровского лицея, он поступил на службу в Министерство иностранных дел. Первый опыт работы за границей молодой дипломат приобрел в должности второго секретаря русской миссии в Пекине.[11] Затем Соловьев провел 6 лет при дворе греческого короля Георга I. В 1905 году он руководил миссией в маленькой Черногории. В 1906-1908 годах Соловьев работал в Бухаресте, вернувшись на родину возглавлял Бюро печати МИД, а потом занимал должность первого секретаря российской миссии в Штутгарте, столице Королевства Вюртемберг. Наконец, весной 1912 года он был назначен советником российского посольства в Мадриде.
Вот, как описывает Ю.Я. Соловьев свои первые впечатления от Мадрида: «В Мадрид я попал в очень глухое время. Это было начало мая, там уже наступила большая жара, и жизнь, как это всегда бывает летом в Испании, замерла.… Поселился я в одной из двух больших мадридских гостиниц, только что отстроенных. Очень скоро я убедился, что Мадрид почти во всех отношениях уступает Штутгарту и, что в Испании чувствуешь себя вдали не только от европейских столиц, но даже и от Европы»[12]
Сходного мнения придерживались и многие другие иностранные дипломаты. «Настроение у моих коллег было самое подавленное, - свидетельствует Соловьев. – Они страдали острой ненавистью к месту своего пребывания, бесконечно жаловались на неприятности жизни в Мадриде и этим самым еще больше отравляли существование себе и другим»[13]
Такое отношение с Испании и испанской столице русских дипломатов, вероятно, было связано с тем, что испанское общество, относящееся весьма отрицательно к иностранцам, обычно старалось оградить себя от дипломатов. Испанские аристократы начала XX века полагали, что Испания до сих пор является мировым центром и что каждый иностранец, попадающий в Мадрид, должен считать для себя большой честью, если его через несколько лет жизни в Мадриде признают за испанца.[14]
Освещение деятельности сторонников Верховного Совета
в СМИ. Цензура
23 сентября правительство Черномырдина издало постановление, передающее в ведение правительства издания, учредителем которых являлся Верховный Совет, такие как "Российская газета", "Юридическая газета России", журнал "Народный депутат", теле - и радиопрограммы "РТВ-Парламент", а также издательство ...
Венчание на царство
Излюбленной идеей царя, осознанной уже в юности, стала мысль о неограниченной самодержавной власти. В декабре 1546 года 16-летний Иван посоветовался с митрополитом Макарием о своём желании жениться. Был устроен смотр невест. Выбор царя пал на Анастасию, дочь вдовы Захарьиной. При этом Карамзин говорит, что царь руководствовался не знатн ...
Награды государства Российского 1698 – 1917 гг. Ордена
Первый русский орден, получивший имя св. Андрея Первозванного
, был учрежден в самом конце XVII века. Его знаки состояли из большой шитой серебром восьмиугольной звезды с девизом "За веру и верность" и собственно знака ордена в виде косого "андреевского" креста голубой эмали (на котором по преданию был распят святой) ...