При этом каждый новый посланец России, в зависимости от толщины своего кошелька и личных вкусов, менял дислокацию дипломатической миссии. Именно поэтому все многочисленные попытки исследователей выяснить, где же в испанской столице обитали российские дипломаты хотя бы в начале прошлого века, закончились безрезультатно. [9]Лишь в последней четверти XX века, после смерти Франко и восстановления, прерванных почти на 40 лет дипотношений, вопрос о возведении постоянного здания для посольства СССР начал решаться[10].
На деятельности Юрия Яковлевича Соловьева (1871-1934) следует остановиться подробнее. Его имя хорошо известно исследователям отечественной внешней политики. Соловьеву выпала судьба стать последним руководителем дипломатического представительства России в Мадриде до Октябрьской революции 1917 года, первым и некоторое время единственным высокопоставленным дипломатом «старого режима», признавшим власть Советов. Его мемуары, озаглавленные «Воспоминания дипломата», до сих пор остаются ценнейшим источником по истории МИД России первых десятилетий ХХ века.
Ю.Я. Соловьев родился в семье известного государственного деятеля эпохи либеральных реформ Александра II, тайного советника и сенатора Якова Александровича Соловьева, сыгравшего заметную роль в подготовке освобождения крестьян от крепостного права. После окончания Императорского Александровского лицея, он поступил на службу в Министерство иностранных дел. Первый опыт работы за границей молодой дипломат приобрел в должности второго секретаря русской миссии в Пекине.[11] Затем Соловьев провел 6 лет при дворе греческого короля Георга I. В 1905 году он руководил миссией в маленькой Черногории. В 1906-1908 годах Соловьев работал в Бухаресте, вернувшись на родину возглавлял Бюро печати МИД, а потом занимал должность первого секретаря российской миссии в Штутгарте, столице Королевства Вюртемберг. Наконец, весной 1912 года он был назначен советником российского посольства в Мадриде.
Вот, как описывает Ю.Я. Соловьев свои первые впечатления от Мадрида: «В Мадрид я попал в очень глухое время. Это было начало мая, там уже наступила большая жара, и жизнь, как это всегда бывает летом в Испании, замерла.… Поселился я в одной из двух больших мадридских гостиниц, только что отстроенных. Очень скоро я убедился, что Мадрид почти во всех отношениях уступает Штутгарту и, что в Испании чувствуешь себя вдали не только от европейских столиц, но даже и от Европы»[12]
Сходного мнения придерживались и многие другие иностранные дипломаты. «Настроение у моих коллег было самое подавленное, - свидетельствует Соловьев. – Они страдали острой ненавистью к месту своего пребывания, бесконечно жаловались на неприятности жизни в Мадриде и этим самым еще больше отравляли существование себе и другим»[13]
Такое отношение с Испании и испанской столице русских дипломатов, вероятно, было связано с тем, что испанское общество, относящееся весьма отрицательно к иностранцам, обычно старалось оградить себя от дипломатов. Испанские аристократы начала XX века полагали, что Испания до сих пор является мировым центром и что каждый иностранец, попадающий в Мадрид, должен считать для себя большой честью, если его через несколько лет жизни в Мадриде признают за испанца.[14]
Положение основных сословий
Основными социально-экономическими задачами государства в этот период являлись: приспособление правящего сословия - дворянства к развивавшимся товарно-денежным отношениям, приспособление крепостнического имения к новой экономической системы, и, в конечном итоге - укрепление обновленного дворянского феодального государства.
С другой сто ...
Древнейшая северотюркская цивилизация
Неолитическая революция. Понятие "неолитическая революция" вводит в науку академик Н.Н. Моисеев (1992). По его мнению, эпоха неолита (XIII—VI тысячелетия до н.э.) ознаменовала собой коренной поворот в развитии Земной цивилизации. Суть этого поворота заключалась в переходе Homo sapiens от образа жизни собирателей к образу жизни ...
Меры по отражению фашистской агрессии
Тяжелая обстановка на фронте, мужественное сопротивление противнику – все это вызвало невиданный всплеск патриотизма, сделав войну общенародным и личным делом каждого. 29 июня 1941 года в Директиве Совнаркома СССР и ЦКВКП(б) партийным и советским организациям прифронтовых областей был сформулирован лозунг «Все для фронта, все для победы ...