Иначе развивались события во Франции. Революция здесь не сумела устранить политические ограничители, установить политический порядок, способный приспосабливаться к изменяющимся условиям. В результате страна прошла через длительный период революций и социальных потрясений и лишь во второй половине XX века обрела устойчивую политическую систему.
Приведенный выше пример - прекрасная иллюстрация того, что степень ликвидации встроенных ограничителей в результате революции обратно пропорциональна жесткости самих этих ограничителей.
Другими словами, чем более сильная перестройка требуется системе для приспособления к новым требованиям, тем меньше вероятность, что адаптация осуществится за один шаг, даже если этот шаг - радикальная революционная ломка сложившихся отношений. Роль «бунтующих ограничителей» в революционном процессе также непосредственно связана с жесткостью барьеров на пути адаптации. Активность этого элемента во многом определяется историческими традициями страны и глубиной перемен, реально необходимых для решения стоящих перед обществом задач.
Очевидно, что жесткость существующих барьеров детерминируется уникальным историческим опытом каждой из стран. По мнению Дугласа Норта и Роберта Томаса, исторические условия еще в XIV-XV веках предопределили различный объем власти монарха и несхожие принципы налогообложения в Англии и Франции, что оказало принципиально важное влияние на их дальнейшее развитие. «В первой из них парламент смог вырвать у монарха право устанавливать налоги. В последней хаос XV века и вызванная им незащищенность всех прав собственности привели к тому, что Генеральные Штаты отдали право устанавливать налоги Карлу VII в обмен на обещание в большей мере обеспечить порядок и защиту от мародерствующих банд наемников и английских завоевателей. Выполняя обещание, французский король уничтожил своих ближайших соперников, и это позволило Короне претендовать на более существенную долю общественных сбережений, создаваемых правительством» (имеется в виду за счет государственной защиты прав собственности.). В результате политические ограничители во Франции оказались значительно более жесткими, чем в Англии. Французские короли получили возможность в гораздо больших масштабах регулировать жизнь своих подданных, создавая тем самым барьеры к адаптации. В то же время в Англии граждане сохранили существенную независимость от власти, что предопределяло достаточно высокую гибкость системы еще в предреволюционный период.
Если рассмотреть регулирование производства, для Англии и Франции были характерны схожие подходы, основанные на жестких ограничениях свободы предпринимательства: поддержка цеховой системы и связанных с ней ограничений емкости рынков, количества производителей, технологий производства, цен и заработков. Как отмечал Джон Неф, «на протяжении восьмидесяти лет, предшествовавших гражданской войне, Елизавета и два ее преемника - Стюарта делали все, что было в их власти, для создания всеобъемлющей системы промышленного регулирования . Их цели были очень близки целям французских королей того времени. Они также стремились к регулированию в национальных интересах заработной платы». Принципиальная же разница заключалась в том, что французские власти смогли навязать выполнение принятых решений, тогда как в Англии они в основном оставались на бумаге.
Память народа о войне 1812 года
Отечественная война 1812 года стала настоящим испытанием всех сил народа. В народе слагались песни о героях войны. Событиям войны посвящены литературные произведения М.Ю. Лермонтова «Бородино», Л.Н. Толстого «Война и мир», музыкальные произведения П.И. Чайковского, работы русских художников
. В память о погибших в годы Отечественной вой ...
Внешняя политика
Победа СССР во Второй мировой войне сильно повысило ее авторитет в мире. Однако в 1945 году США заявило об обладании ядерным оружием и попыталась диктовать свою волю в мире. В СССР приступили к срочной разработке ядерного оружия.
Позиции СССР в Европе укрепили пришедшие к власти компартии. В мире начала складываться система социализма, ...
Экономическое развитие и фрагментация общества
Исследователи революции давно заметили, что предреволюционное общество чрезвычайно фрагментировано и расколото на многие противостоящие друг другу слои и группы. Еще де Токвиль отмечал бесконечную раздробленность французского общества, в котором «однородная толпа разделена огромным количеством мелких преград на множество частей, каждая ...